![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Ироничный и симпатичный британский сериал с примесью американистости, освещающей проблемы великовозрастных балбесов и малолетних ботанистых племянников. Короткие шестисерийные сезоны по полчаса на эпизод проглатываются залпом за уикэнд.
Все начинается с того, что Энди решат свести счеты с жизнью посредством радиоприемника и наполненной водой ванны. Что в принципе объяснимо на фоне его телосложения (избыточный вес наличествует), заросшей морды лица (притом не от хипстерности, которую он как раз ненавидит, а лишь от элементарной неряшливости), творческого кризиса (вроде как музыкант, но ничего толковее музыки к рекламе туалетной бумаге не написал, да и вообще ни разу не работал нигде), неудач в личной жизни (последняя пассия его конкретно бросила и не отвечает на смски и звонки).
Будущее освобождение от земной юдоли портит звонок старшей сестры с требованием заехать за ее сыном у которого сегодня ответственный футбольный матч в школе.
После этого наш герой вляпывается по полной, ибо у свежеразведенной сестры, только вышедшей из реабилитационной клиники для наркоманов и находящейся в в стадии юридических склок с бывшим насчет совместной опеки над сыном на этого самого сына времени особо нет. И приходится Дяде Энди взаправду быть дядей при полном отсутствии педагогических талантов и жизненных достижений уже на протяжении двух очень важных лет жизни подростка Эролла, с 12 до 14. Благо племянник, в блистательном исполнении Эллиота Спеллера-Гиллиота (чую он далеко пойдет по актерской стезе), оказывается не таким-то уж ботаном и тихоней как кажется по началу, проявляет несвойственные Эди характер и упорство, помноженные на проявившиеся в генах артистические таланты, к началу второго сезона фактически сам начинает руководить дядей, наставляя его на путь истинный, пытаясь вытащить его из болота лени и безынициативности и заставить Энди использовать его музыкальные таланты с пользой для него самого.
Как обычно в хороших британских сериалах помимо хорошо прописанного сюжета даже для такого вроде простенького жанра как семейный комедийный сериал с элементами фричества, есть отличные типажи второстепенных героев здорово дополняющих пейзаж, Чего стоит наример, отец Гвен, бывшей подружки Энди, владельца гей-клуба и самого явно того, но вполне натурально обещающего утрезать ложкой герою все самое ему ценное в случае если он обидит его дочь, или та же Саманта, его сестра, даможка средних лет в активном поиске и забивающая на проблемы сына.
Супер-мегахит Энди в его воображаемой постановке
Трейлер первого сезона
Трейлер второго сезона
Юлиан Семенов явно штудировал Малапарте
Nov. 8th, 2015 04:28 pm"Вам, немцам, не суждено стать свободными людьми: свобода вас страшит. И хотя ваши философы дали самые исчерпывающие определения свободы, остается признанным фактом, что на практике сама концепция свободы ускользает от вас. Вы не можете и не умеете быть свободными. Любое ваше побуждение к свободе становится новой формой тирании. Вы умеете быть свободными только по закону, и чем более жестоким и негуманным становится закон, тем более свободными вы считаете себя. По вашему мнению, концепция свободы состоит в повиновении. Кому? Неважно. Подчинение – вот ваше стремление к свободе. Вы подчиняетесь только тому, кто по праву носит командирский мундир. Человеку в платье гражданском, без мундира и атрибутов законной власти вы не подчинитесь никогда. Но унтер-офицеру, государственному чиновнику, любому человеку в мундире – да. С радостью, с удовольствием, с тайным наслаждением, что удивляет и ужасает всех свободных людей. Для наглядности хочу привести здесь картину вашего понимания свободы:
Свобода для немцев – это повиновение: I – мундиру; II – рангу; III – закону (порядку); IV – званию."
"Письмо к немецким интеллектуалам" Курцио Малапарте.
Свобода для немцев – это повиновение: I – мундиру; II – рангу; III – закону (порядку); IV – званию."
"Письмо к немецким интеллектуалам" Курцио Малапарте.
"Капут" Курцио Малапарте.
Nov. 7th, 2015 05:12 pm
Никогда не думал, что о Второй мировой войне можно писать языком Толстого, не выглядя при этом чем-то наигранным и искусственным. После Аушвица невозможно писать стихи - чушь собачья, можно даже умирающее от голода Варшавское гетто с истощенными детьми по которым постреливают немецкие охранники, с трупами умерших от недоедания и неубранными валяющимися на тротуарах, и вещах более страшных, рассказывать языком "Анны Карениной" и "Войны и мира".
Предупреждение: зашкаливающее количество диалогов на французском языке, едва ли не четверть всей книги это своеобразный салон Анны Павловны Шерер, с дипломатами и лицами королевской крови, послами держав и известными писателями. Все они шутят, ведут светские разговоры, иногда травят байки, политические анекдоты, дают разные характеристики своему руководству и начальству в Стокгольме и Варшаве, Хельсинки и Бухаресте, Далмации и Неаполе
Для Курта Эриха Зукерта само ощущение немецкости есть варварство, не говоря уже о самих немцах. Все они, начиная от Гиммлера и "польского короля" Франка, и заканчивая завязшими в украинской грязи солдатами вермахта, в отчаянии переиначивающие партийный лозунг в "Айн Литер", лишь подобие настоящих людей, всего лишь копии настоящего, ницшеанские унтерменши, киплинговские бандерлоги. Осознавал это Зукерт-Малапарте, или нет, но на немцев он смотрел именно немецким холодно-циничным взглядом заостренным его фирменным английским "sence of humor".
"Но была и другая Германия". Аристократическая, представленная угасающей голубой кровью Европы. Принцессы Гогенцоллерн, князья и княгини фон Бисмарк, братья Виндишгрец, десятки менее известных дворянских родов. Они и есть единственные люди во всем немецком народе, потому как они не немцы, а европейцы в первую очередь, безродные космополиты. Французский как язык общения и знак "я свой", отказ считать что у Германии есть свой особый путь развития, уникальность и самоценность германской культуры в отрыве от общеевропейской. Все то что так яростно ненавидит Геббельс и компания, наделяя этими качествами врагов в своих агитационных блокбастерах вроде "Еврея Зюсса" и "Кольберга", где эти гады сплошь покорены иностранной музыкой, французской языком, космополитизмом и пацифизмом желая поскорее продать Германию по бросовой цене.
Знаменательна судьба несчастных братьев Виндишгрец, потомков знаменитого австрийского генерала. Один из них офицер влившихся в Вермахт австрийских альпийских стрелков находится на грани помешательства в суровых финских лесах на Карельском фронте и отчаянно завидует другому, итальянскому летчику, сгоревшему в небе над Александрией.
Контрастом по отношению к ним выглядит "двор польского короля" Франка, вроде с теми же светскими обедами на конфискованном фамильном серебре польских дворянских родов в реквизированном дворце, где нацистские партийные бонзы из оккупационной администрации тщетно и натужно играют старую европейскую аристократию, с тупым упорством парвеню пытаются остроумно шутить и играть природную непринужденность.
Поэтому писатель и журналист неистово смотрит на мир только через итальянскую кровь своей матери и польскую, своей бабушки, матери отца. В ней есть искренняя симпатия к полякам, польским и румынским евреям, самим румынам, отчасти финнам (предстающим стереотипной чудью белоглазой, но веселой и пьяной), советских гражданских в оккупации и военнопленных, шведскому королю и испанским послам в скандинавских странах.
Все сцены связанные с Восточным фронтом это сплошной панегерик сталинской индустриализации и ее детищу - Красной армии. До сих пор не могу понять почему книгу так и не перевели и не издали в советское время, пусть с небольшими сокращениями. Так тепло о советской армии не относились даже в тогдашнем союзном Голливуде.
Очень и очень рекомендую, но порционно, не более одной главы (благо они большие) за раз
"ёлки палки, так даже на что то человечное похоже." - из комментов к ролику на ютубе.
После многомесячного пребывания на странице фильма и почти равным голосованием о ее полезности, за которой по сути всегда скрывается политихеские пристрастия читателей, моя рецензия на эстонский "1944" была снята за, якобы, спойлеры.
В принципе, ожидаемое действие после покупки ресурса Яндексом, который в последнее время заточен на разрушение всего до чего может дотянуться.
Финиш - моих рецензий там более не будет. Пуст эти бракованные "изделия номер 2" добивают единственный пристойный киноведческой ресурс рунета без моего участия.
В принципе, ожидаемое действие после покупки ресурса Яндексом, который в последнее время заточен на разрушение всего до чего может дотянуться.
Финиш - моих рецензий там более не будет. Пуст эти бракованные "изделия номер 2" добивают единственный пристойный киноведческой ресурс рунета без моего участия.
Финальная сцена раритетного ныне британского "Премьер-министра", вышедшего весной 1941 года, байопикa о славном строителе Pax Britania Бенджамине Дизраэли.
Последний кадр, как и впрочем и весь настрой картины, вполне соответствует знаменитой сцене в переводе Гаврилова)
При единственном просмотре бросалась в глаза определенная бюджетность картины, чему были объективные причины, в первую очередь война, вызвавшая отток лучших кадров в Голливуд вместе с одним Кордой (создавшим там бессмертные картины "Багдадский вор" и "Книгу джунглей"), другой же остался в Англии и видимо перенаправил все основные средства на свой проект "Леди Гамильтон", который выйдет спустя полгода после "Премьер-министра".
Фильм повествующий о Дизраэли не может не касаться кризиса 1878 года, когда Британия едва не начала войну с Россией из-за условий Сан-Стефанского договора. Здесь же именно на нем сделан основной акцент картины не лишеной легких оттенков русофобии. Впрочем впоне понятной в свете реакции британского правительства на пакт Молотова-Риббентропа и последующие затем провокации английской разведки по вбросу СССР дезы о подготовке Германией мифического плана "Барбаросса" (сарказм, сарказм).
Именно марширующие армейские колонны русских являются final boss'ом о опасности которого вещает весьма смахивающий на образ дяди Сэма премьер Дизраэли. Основной посыл: они понимают только язык силы, а не слова, и пока мы твердо не жахнем по столу тем, чем надо, нас не будут воспринимать всерьез.
Последняя схватка происходит на прямых переговорах с русской делегцией, глава которой решает применить коварное оружие монголо-казаков, под видом гостеприимства опоить и закормить гостя до смерти.
Но Дизраэли тут показывает, что может не только пейсать буквами романы и политически гадить России - дует вино бутылками, как воду из под крана, одновременно работая челюстями подобно газонокосилкe, пожирая мясные блюда со скоростью лесного пожара. Глубоко изумленный представитель российской делегации сдается и подписывает нужное владычице морей.
Ну и финальная сцена с королевой Викторией под ручку на балконе перед ликующей толпой, с видом явно говорящеим "не грози Букингемскому дворцу попивая водку из самовара в своем Санкт-Петербурге"
Последний кадр, как и впрочем и весь настрой картины, вполне соответствует знаменитой сцене в переводе Гаврилова)
При единственном просмотре бросалась в глаза определенная бюджетность картины, чему были объективные причины, в первую очередь война, вызвавшая отток лучших кадров в Голливуд вместе с одним Кордой (создавшим там бессмертные картины "Багдадский вор" и "Книгу джунглей"), другой же остался в Англии и видимо перенаправил все основные средства на свой проект "Леди Гамильтон", который выйдет спустя полгода после "Премьер-министра".
Фильм повествующий о Дизраэли не может не касаться кризиса 1878 года, когда Британия едва не начала войну с Россией из-за условий Сан-Стефанского договора. Здесь же именно на нем сделан основной акцент картины не лишеной легких оттенков русофобии. Впрочем впоне понятной в свете реакции британского правительства на пакт Молотова-Риббентропа и последующие затем провокации английской разведки по вбросу СССР дезы о подготовке Германией мифического плана "Барбаросса" (сарказм, сарказм).
Именно марширующие армейские колонны русских являются final boss'ом о опасности которого вещает весьма смахивающий на образ дяди Сэма премьер Дизраэли. Основной посыл: они понимают только язык силы, а не слова, и пока мы твердо не жахнем по столу тем, чем надо, нас не будут воспринимать всерьез.
Последняя схватка происходит на прямых переговорах с русской делегцией, глава которой решает применить коварное оружие монголо-казаков, под видом гостеприимства опоить и закормить гостя до смерти.
Но Дизраэли тут показывает, что может не только пейсать буквами романы и политически гадить России - дует вино бутылками, как воду из под крана, одновременно работая челюстями подобно газонокосилкe, пожирая мясные блюда со скоростью лесного пожара. Глубоко изумленный представитель российской делегации сдается и подписывает нужное владычице морей.
Ну и финальная сцена с королевой Викторией под ручку на балконе перед ликующей толпой, с видом явно говорящеим "не грози Букингемскому дворцу попивая водку из самовара в своем Санкт-Петербурге"
Фан-арт к "Министерству времени"
Oct. 28th, 2015 06:46 pmВ стиле "Симпсонов"
В "Лего"
Пересечение с "Доктором Кто"
Просто красивый арт
Ну и мое любимоe: сериал в виде восьмибитной игрушки
В "Лего"
Пересечение с "Доктором Кто"
Просто красивый арт
Ну и мое любимоe: сериал в виде восьмибитной игрушки
- А каков план?
- Вы же испанцы - импровизируйте
Грустно сеньориты и сеньоры. Очень грустно. Подумать только, за две первые часовые серии взять такую высоту и так потом все выбрость на помойку, что даже досматривать последние полторы серии стало попросту скучно. Но попытка была неплоха.
Итак, фантастико-исторический сериал про самое засекреченное учреждение в испанской государственной машине, про которое знают только самы верховные и более ни одна живая душа. Само учереждение располагается в одном из непосещаемых туристами дворцов-музеев с входом в заколоченную дверь (привет Лукьяненко). В поземелье оного раполагается много двере, каждая из которых ведет в строго определенную дату истории но на территорию исключительно Испании. Секрет этих дверей открыл Изабелле Кастильской гонимый инквизицией раввин (привет Анрею Валентинову), под гарантии личной безопасности передавший в ее руки книгу с зашифрованными кодами по обнаружению и открытию этих проходов во времени. За что почти сразу же торжествено аутодадефирован Торквемадой, который ему, в отличии от королевы, ничего не обещал.
Сотрудники этого министерства, возглавляемого престарелым директором, в основе своей состоят из жителей своих эпох, ходящих на него на работу в 2015 год и отправляющиея по домом в свое время после завершения рабочего дня. Среди сотрудников встречаются и знаменитые личности вроде Веласкеса, работающего составителем фотороботa карандашом и листом бумаги, попутно постоянно возмущаясь неправильной реставрацией своих шедевров работниками Прадо.
Для исправления всяких временных неувязок, которые то и дело возникают благодаря, в первую очередь, чисто южному способу ведения дел сотрудниками министерства (всем знакомые блаты, кумовство и прочее) создаются оперативные группы из пары-тройки представителей разных эпох, готовых отправиться в нужное время, и, где словом, а где и действием недопустить альтернативных путей развития.
Предупреждаю сразу, создатели сразу плюнули на всякие заморочки с временными парадоксами и петлями, Земейкис и компания ужаснулись бы столь явному пренебрежению матчастью, но это по сути неважно.
Мы же будем свидетелями создания и работы одной из таких оперативных групп. ( Read more... )
Вердикт: смотреть только первые две серии. Остальное треш и шлак.
Испанский фантастический сериал вышедший в этом году. Первая серия переведена и валяется везде где только можно. Остальные пока с сабами, и я их смотрю. Бесподобное зрелище.
Всем бодрого утра.
"Зеленая книга" Муаммар Каддафи
Oct. 16th, 2015 07:47 pmС большим интересом прочитал, вернее прослушал опус магна покойного лидера покойной джамахерии и, наконец, понял истоки истовой любви к нему со стороны европейских левых и прочих экологов с анархистами. Почти не сомневаюсь не только в их влиянии, но и непосредственном авторстве. Надеюсь их удастся установить, как, в свое время, установили и настоящих творцов брежневской трилогии.
Вступление начинается с классического напоминания диктатором своего простого происхождения и бедного детства, что настроило меня было на скептический взгляд, ибо это клише в двадцатом веке заездили до полной порнографии все кому не лень начиная от Гитлера и кончая плеядой современных политиков почти любого ранга и страны и политического течения. Но дело ограничилось лишь одной строчкой и далее мы не найдем в книге упоминания не только Каддафи, но и самой Ливии. Никаких примеров о славном боевом пути полковника и его соратников, ни слова об уникальности ливийского пути развития. Поверьте вообще ничего, максимальное абстрагирование от места действия и личности автора (предполагаемого или реального, не суть важно).
Перед нами дистиллированный манифест обращенный практически к любому жителю любой стран обладающему хотя бы зачатками знаний об устройстве общества на уровне законченного среднего образования. При этом не делается нарочитых скидок для всякого простого народа, с нарочито-примитивным подходом а ля дорогой лидер беседует с простым комбайнером.
Все это настолько отличается от речей позднего Каддафи, со всем этим панарабизмом и панафриканизмом, что опять таки, повторюсь, наводит на подозрения.
Очень ясный язык и вылизанный стиль учебника по политическим наукам для первокурсников. Фактически, сократив пару предложений можно запросто оформить из сабжа целый раздел под названием "Социал-анархические идеалы общественно-политического устройства". Многие положения о народовластии как реальном, так и формальном напоминают о взглядах Руссо и Джеферсона (с упором на незыбленный Естественный закон как постулат) с мягким переходом к взглядам Прудона и особенно Кропоткина. Социализм упоминается, но скорее как дань моде и определенному спонсорству, но практически критикуется. Вообще, вся система демократического и республиканского устройства критикуется, зачастую в классической демагогии левых, как имитационная и далекая от реального народовластия. Истинной властью народа объявляется некая система народных конгрессов, начиная от низовых с профсоюзами и подобием народных форумов, и заканчивая вершиной, общенациональным конгрессом собирающимся раз в год. Причем, все понимается буквально - на общенациональном конгрессе действительно должна собраться ВСЯ НАЦИЯ, ибо любое представительство, депутатское или же партийное, является профанацией.
Очень интересен подход к проблемам женщин в современном обществе, ясно видно влияние нарастающей в семидесятых силы феминизма в политической жизни Европы, на что и ориентировалась цель автора.
Отдельно следует упомянуть положения касающиеся собственности и труда - крутейшая левая демагогия с меньшим, по сравнению с остальными частями, содержанием логики, классическое шариковское "отнять все и поделить".
Но крупнейшим проколом надо признать финальную часть книги посвященную спорту. Несколько раз взрываясь смехом, я так, увы, и не понял всей этой не любви автора (авторов) к массовому спорту и спортивным состязаниям, вплоть до неприятия стадионов как таковых. Очень напомнило классических европейских придурков выступающих за отмену одним списком корриды и профессионального футбола по причине их жестокости.
В общем и целом, полезное и непустое чтение, особенно для интересующихся левой европейской мыслью семидесятых годов прошлого века.
Видел пару недель назад на мордакниге с другим видеохостингом и не смог вставить в пост. Сегодня нашел на ютубе.
Будни пограничного испанского форта у золотых приисков накануне нового столкновения с арауканами (здесь они упоминаются под самоназванием "мапуче"). В отличии от испанских поделок вроде "Толедо" или сериального воплощения "Алатристе" (не к ночи будет помянут), тут все действительно качественно и богато - натура, съемки, актерская игра. Есть влияние американских фильмов про алые буквы нового света с прочими покахонтас, но это явный плюс. Интересно будет как мальчикам (суровые и очень харизматичные конкистадоры привычные резать и интриговать, симпатичные актрисы с красивыми телами) и девочкам (местные аналоги ромео и джульетты, не картонные женские персонажи)
Оригинал взят у ![[livejournal.com profile]](https://www.dreamwidth.org/img/external/lj-userinfo.gif)
anna_bpguide в Очень длинная цитата
Немецкий писатель Франц Фюман в 1973 году приезжал в Будапешт. Итак…
*
…Будапешт. Западный вокзал; слякоть и дождь. Грязноватый, подвыпивший и вообще крайне несимпатичный проходимец выступает в роли непрошеного носильщика, ему дают понять, что. услуги его нежелательны, и все же он ухитряется вырвать у кого-то чемодан и запихать его в багажник, но никто не обращает внимания на его дрожащую, протянутую в машину руку. Я твердо решил не принимать его помощи, и Габор, судя по всему, тоже, но Эльга позволяет погрузить свою продуктовую сумку и, влезая в машину, сует ему что-то. «Да ну, — отвечает она на мой безмолвный упрек и удивление, — о чем тут говорить, это же гроши». И добавляет успокоительно, не дав мне разворчаться: «Разве ты не видел, ему необходимо сейчас же выпить, а не хватает трех-четырех форинтов на бутылку, вот он и таскал чемоданы, теперь он счастлив!» «Тоже мне счастье», — говорю я раздраженно, и Эльга отвечает: «Счастье есть счастье, и к морали оно не имеет никакого отношения, уж скорее к своду законов, и то, что для тебя — новая книга, для него сегодня вечером — бутылка вина». Я фыркаю сердито, Габор, как обычно, усмехается про себя, а Эльга, мотнув в мою сторону головой, говорит: «Сразу видно, он только что прибыл из Пруссии». Но тут мы останавливаемся возле «Астории».
Очаровательными эти гостиницы, построенные на «рубеже веков», делает их сходство с пещерой Сезама. Во многом они являют ей прямую противоположность (например, они выступают из каменного окружения, вместо того чтобы сливаться с ним, а вход, вместо того чтобы скрыть, только подчеркивает это); и тем не менее они относятся к миру Али-Бабы и Синдбада. В гостиницах «Дунай-Континенталь», «Штадт-Берлин» или в «Хилтон-Гаване» подобная мысль не пришла бы в голову, от сказки они далеки, зато напоминают полностью автоматизированные птицефабрики. То, что может действовать только так, как оно действует, и не иначе, — не сказка; здесь же мы в царстве волшебства и охотно миримся с некоторыми лишениями — с комнатой без удобств на первую неделю (в интеротелях таких нет).
*
( Read more... )
anna_bpguide в Очень длинная цитатаНемецкий писатель Франц Фюман в 1973 году приезжал в Будапешт. Итак…
*
…Будапешт. Западный вокзал; слякоть и дождь. Грязноватый, подвыпивший и вообще крайне несимпатичный проходимец выступает в роли непрошеного носильщика, ему дают понять, что. услуги его нежелательны, и все же он ухитряется вырвать у кого-то чемодан и запихать его в багажник, но никто не обращает внимания на его дрожащую, протянутую в машину руку. Я твердо решил не принимать его помощи, и Габор, судя по всему, тоже, но Эльга позволяет погрузить свою продуктовую сумку и, влезая в машину, сует ему что-то. «Да ну, — отвечает она на мой безмолвный упрек и удивление, — о чем тут говорить, это же гроши». И добавляет успокоительно, не дав мне разворчаться: «Разве ты не видел, ему необходимо сейчас же выпить, а не хватает трех-четырех форинтов на бутылку, вот он и таскал чемоданы, теперь он счастлив!» «Тоже мне счастье», — говорю я раздраженно, и Эльга отвечает: «Счастье есть счастье, и к морали оно не имеет никакого отношения, уж скорее к своду законов, и то, что для тебя — новая книга, для него сегодня вечером — бутылка вина». Я фыркаю сердито, Габор, как обычно, усмехается про себя, а Эльга, мотнув в мою сторону головой, говорит: «Сразу видно, он только что прибыл из Пруссии». Но тут мы останавливаемся возле «Астории».
Очаровательными эти гостиницы, построенные на «рубеже веков», делает их сходство с пещерой Сезама. Во многом они являют ей прямую противоположность (например, они выступают из каменного окружения, вместо того чтобы сливаться с ним, а вход, вместо того чтобы скрыть, только подчеркивает это); и тем не менее они относятся к миру Али-Бабы и Синдбада. В гостиницах «Дунай-Континенталь», «Штадт-Берлин» или в «Хилтон-Гаване» подобная мысль не пришла бы в голову, от сказки они далеки, зато напоминают полностью автоматизированные птицефабрики. То, что может действовать только так, как оно действует, и не иначе, — не сказка; здесь же мы в царстве волшебства и охотно миримся с некоторыми лишениями — с комнатой без удобств на первую неделю (в интеротелях таких нет).
*
( Read more... )
