![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
jack_kiplingСегодняшняя лента принесла целых два примера информационного вброса о фальсификации азербайджанским академиком истории постройки первого каменного Кремля в Москве, еще за сто лет до гастарбайтеров Фиораванти сотоварищи, с ссылкой на сей сайт.
Не касаясь самого факта, благо уж сколько раз убеждался, что все попытки сыграть по армянским лекалам с "древнейшим беспроводным телеграфом" в современную информационную эпоху выглядят уже даже не смешно а жалко, как карго-культ с соломенными самолетами, я решил узнать оттуда все-таки "академик" сие выкопал, ибо на полную самодеятельность это не было похож.
И тут я вспомнил мои неоднократные неудачные попытки в детстве прочитать роман о Куликовской битве. из серии "История Отечества в романах, повестях, документа". Сам роман назывался "Дмитрий Донской" под авторством Бородина и входил в том под названием назывался "Живая вода Непрявды".
Это, конечно, не был зубодробильный Тынянов, но сам стиль тоже гладостью не отличался и я так и не прочел его целиком, несмотря на неоднократные читательские штурмы, при том что в конце восьмидесятых тема Куликовской битвы стала мейнстримом с многочисленными публикациями в журналах и переизданиями книг для школьников. Само описание битвы Бородину удалось и я оставив очередную попытку просто перелистывал на нее.
Однако, аккурат в первой трети романа действитыельно встречался архитектор - "шемаханский персиян", благо сам термин мне уже тогда был ясен (уроженец города Шемаха в Азербайджане) и поэтому запомнился:
""Последнее время дружбу с басурманом Алисом свел. Алис — шемаханский персиан — веры нашей не понимает, речь нашу не разумеет, с Кириллом беседу ведет на языке греческом...
В Кремле Алис увидел княжеский толстостенный и многосрубный терем, где окна, разбредшиеся по стенам, как кони по полю, украшены разными косяками, разными красками расписаны. Взглянул на золоченую кровлю, над коей по углам высились кованные из железа львы. Увидел витые столбы крылец и переходов. И показалось это Алису грудой наспех наваленных дров....
...Каменщиков дали Алису мало. Все они тоже были княжеские, тоже опасались Можая, старались усердием смягчить свою прежнюю жизнь.
Вдоль Москвы-реки, на том берегу, и на плотах постоянно толпились люди: сладко смотреть, как возрастает строение, будто сам кладешь камень на камень....
...Спустившись с башни, Дмитрий, как в тесто, сунул палец в бочку с замесом:
— Гож ли будет сторожню держать?
— О! Века продержит! — восхитился Алис. Многих он видывал владык на свете и императора Византии видел, но тот до ремесла каменщицкого не снизошел, пальца в замес не запускал..."
Сам роман был написан в 1940 году, а уже в следующем получил Сталинскую премию 2 степени.
Очень интересно, особенно если учитывать время написания, издания и награждения. Массовая популяризация русской и российской истории с раздачей как "плюшек" ее пропагандистам, так и "затрещин" ее "фальсификаторам" прежде бывшим на коне, как например Демьян Бедный. Не секрет, что автор одноименной премии сам очень любил читать исторические романы, сценарии по ним и делать замечания насчет прочитанного напрямую авторам. Фактически, товарищ Сталин и был последней инстанцией в сфере цензуры, уж тем более таких раскрученных произведений идущих на премию. И если уж внезапно главным зодчим белокаменного Кремля оказался не какой-нибудь безвестный пращур Бармы и Постника, а будущий так сказать соотечественник из союзной республики, то по крайней мере крамолой против великого русского народа это высочайше не сочли.
Хорошо, но тогда встает вопрос, как и почему Сергей Бородин ввел в роман такого экзотического персонажа? Обычно, все совписы начиная от Алексeя Толстого и заканчивая Михаилом Веллером ловились на две очень простые приманки - "творческие поездки" в братскую республику или край с многодневными беспрерывными банкетами с многочисленными подарками от трудящихся, и, крупные издания в подчиненных местных издательствах с нехилыми гонорарами (обычно на это велись начинающие прозаики).
Однако беглое ознакомление с биографией писателя такого не выявляет - единственная творческая поездка на Кавказ была лишь в Армянскую ССР в 1933 году, остальные были нацелены на советский Туркестан, благодаря чему и появился его опус магна о Тамерлане в конце творческого пути.
Не касаясь самого факта, благо уж сколько раз убеждался, что все попытки сыграть по армянским лекалам с "древнейшим беспроводным телеграфом" в современную информационную эпоху выглядят уже даже не смешно а жалко, как карго-культ с соломенными самолетами, я решил узнать оттуда все-таки "академик" сие выкопал, ибо на полную самодеятельность это не было похож.
И тут я вспомнил мои неоднократные неудачные попытки в детстве прочитать роман о Куликовской битве. из серии "История Отечества в романах, повестях, документа". Сам роман назывался "Дмитрий Донской" под авторством Бородина и входил в том под названием назывался "Живая вода Непрявды".
Это, конечно, не был зубодробильный Тынянов, но сам стиль тоже гладостью не отличался и я так и не прочел его целиком, несмотря на неоднократные читательские штурмы, при том что в конце восьмидесятых тема Куликовской битвы стала мейнстримом с многочисленными публикациями в журналах и переизданиями книг для школьников. Само описание битвы Бородину удалось и я оставив очередную попытку просто перелистывал на нее.
Однако, аккурат в первой трети романа действитыельно встречался архитектор - "шемаханский персиян", благо сам термин мне уже тогда был ясен (уроженец города Шемаха в Азербайджане) и поэтому запомнился:
""Последнее время дружбу с басурманом Алисом свел. Алис — шемаханский персиан — веры нашей не понимает, речь нашу не разумеет, с Кириллом беседу ведет на языке греческом...
В Кремле Алис увидел княжеский толстостенный и многосрубный терем, где окна, разбредшиеся по стенам, как кони по полю, украшены разными косяками, разными красками расписаны. Взглянул на золоченую кровлю, над коей по углам высились кованные из железа львы. Увидел витые столбы крылец и переходов. И показалось это Алису грудой наспех наваленных дров....
...Каменщиков дали Алису мало. Все они тоже были княжеские, тоже опасались Можая, старались усердием смягчить свою прежнюю жизнь.
Вдоль Москвы-реки, на том берегу, и на плотах постоянно толпились люди: сладко смотреть, как возрастает строение, будто сам кладешь камень на камень....
...Спустившись с башни, Дмитрий, как в тесто, сунул палец в бочку с замесом:
— Гож ли будет сторожню держать?
— О! Века продержит! — восхитился Алис. Многих он видывал владык на свете и императора Византии видел, но тот до ремесла каменщицкого не снизошел, пальца в замес не запускал..."
Сам роман был написан в 1940 году, а уже в следующем получил Сталинскую премию 2 степени.
Очень интересно, особенно если учитывать время написания, издания и награждения. Массовая популяризация русской и российской истории с раздачей как "плюшек" ее пропагандистам, так и "затрещин" ее "фальсификаторам" прежде бывшим на коне, как например Демьян Бедный. Не секрет, что автор одноименной премии сам очень любил читать исторические романы, сценарии по ним и делать замечания насчет прочитанного напрямую авторам. Фактически, товарищ Сталин и был последней инстанцией в сфере цензуры, уж тем более таких раскрученных произведений идущих на премию. И если уж внезапно главным зодчим белокаменного Кремля оказался не какой-нибудь безвестный пращур Бармы и Постника, а будущий так сказать соотечественник из союзной республики, то по крайней мере крамолой против великого русского народа это высочайше не сочли.
Хорошо, но тогда встает вопрос, как и почему Сергей Бородин ввел в роман такого экзотического персонажа? Обычно, все совписы начиная от Алексeя Толстого и заканчивая Михаилом Веллером ловились на две очень простые приманки - "творческие поездки" в братскую республику или край с многодневными беспрерывными банкетами с многочисленными подарками от трудящихся, и, крупные издания в подчиненных местных издательствах с нехилыми гонорарами (обычно на это велись начинающие прозаики).
Однако беглое ознакомление с биографией писателя такого не выявляет - единственная творческая поездка на Кавказ была лишь в Армянскую ССР в 1933 году, остальные были нацелены на советский Туркестан, благодаря чему и появился его опус магна о Тамерлане в конце творческого пути.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2016-04-18 03:39 pm (UTC)no subject
Date: 2016-04-18 03:42 pm (UTC)no subject
Date: 2016-04-18 03:54 pm (UTC)no subject
Date: 2016-04-18 04:10 pm (UTC)С помощью машины времени, не иначе...
А роман Бородина мне понравился - образы хорошо выписаны и Кирилл Борода - выглядит очень внушительно. Как и то, как он развел однажды Сергия Радонежского и Дмитрия Донского. А Гриша Капустин - прообраз кагэбэшника, который его ловил! Нет, отличный роман, во многом лучше, чем Балашовский цикл.
no subject
Date: 2016-04-18 04:16 pm (UTC)no subject
Date: 2016-04-18 04:24 pm (UTC)Бернаба - да, генуэзец, фряг! Но без малейшего западного агентства - просто итальянский интриган, пытающийся выкрутиться и срубить бабла - и что характерно - почти удалось!
Там более всех запоминается рязанская женщина из легенды (научно обоснованной) и скоморох-убивец с медведем и вся разбойная ватага, искупающая грехи на Куликовом поле. Отличный роман, куда лучше большинства современных поделок на ту же тему. Классика!
no subject
Date: 2016-04-19 04:08 pm (UTC)no subject
Date: 2016-04-19 04:13 pm (UTC)no subject
Date: 2016-04-19 04:18 pm (UTC)Кстати, вот М.Анчаров "Сода-солнце". Хоть роман и полуфантастический, но у него там есть интересная идея, почему Миланский и Московский Кремли - почти близнецы-братья. Спорно, но интересно.