Прадедушки российской героической фантастики в пересказе каналов РЕНТВ и НТВ.  Удивительно, чего только неписали журналюги дабы на  фронт не попасть. Эта покруче виденных Швейком в железнодорожной комендатур  австро-венгерских пропагандистских комиксов об героическом обозном Бонке.  На что только не шли писаки дабы не попасть на фронт. В общем рекомендую из  русского сборника "Кровь ангела":

Старика-императора Франц-Иосифа давно уже преследует злой рок. Вообще говоря, это самый несчастный среди европейских монархов. В течение своего долголетнего царствования (с 1849 г.), этот император пережил такую массу государственных и семейных поражений, каких хватило бы на три царствования.
Еще не успел Франц-Иосиф воцариться, как восстали венгры. И если бы не великодушие в Бозе почившего императора Николая I, Франц-Иосиф никогда бы не видел австро-венгерского престола.
Замечательно, что габсбургский дом преследует какой-то фатум. Попутно, наряду с Золотым Руном, везде в мартирологе этого рода упоминается о какой-то мистической черной кошке, которая, хотя и не значится в гербе Габсбургов, тем не менее играет серьезную роль в превратностях этого дома.
Оставляя в стороне давно забытую эпоху великого владычества Габсбургов в прошлых веках, интересно, вместе с черной кошкой, проследить несчастья Франц-Иосифа.
Мя-я-я-я-у-у-у-у-у )

Приятное удивлен последним романом автора, успевшего несколько поднадоесть своей эпопеей о разжалованном прапоре которого коллеги по плащу и шпаге именуют позывным "Капитан".
Чонишвили, по праву являющийся одним из лучших чтецов современности, дает дополнительные бонусы практически любому исполняемому роману или роли в аудиоспектакле, здесь также на высоте, и, как всегда полностью использует весь свой потенциал. Хоть некоторые и говорят, что при озвучивании женских персонажей можно было бы и менять тембр и высоту голоса, что великолепно получается у Филиппенко, ибо некоторая хрипотца сбивает, но это вкусовщина.

Сам автор, Артуро Перес-Реверте, решил сыграть в нуар, причем в эталонную из палаты мер и весов "Касабланку" и выиграл. Слегка изменены интерьеры (вместо Касабланки теперь франкистская Саламанка и республиканский Аликанте) и время сдвинуто назад на пару лет - ноябрь 1936 года, первый этап Гражданской войны в Испании. Остальной же нуар с красивыми роковыми женщинами в "коктейльных" платьях и без, мужественными мужчинами в стильных костюмах попивающих недешевый алкоголь и смолящих еще более недешевых табак, приемы в дорогих отелях, интриги разведок и все этому полагающееся.

Лоренцо Фалько, бывший оружейный барон, а ныне сотрудник одной из франскистских спецслужб возвращается в Саламанку под крыло дорого начальника в чине адмирала флота, после успешной операции на Юге Франции, где был ликвидирован вражеский агент слабого пола. Эйфория первых месяцев мятежа, когда захватывались целые провинции с многотысячными городами, а отчаянные защитники толедского Алькасара вопреки всеми продержались до "подхода кавалерии", постепенно сходит на нет. Официально еще трубят о скорой, еще до Рождества, победе, полной и окончательной, сразу после взятия Мадрида, из которого уже бегут злобные социалисты с анархистами, но всем уже окончательно ясно, что это надолго.
camaradas y senores )
Забытая песня Анжелики Варум в тему
Как это "Климов" в свое время не допер до столь явного? ))) Вполне пролетарско-первомайская песня.



Что ни говори, но большего глумления,  над образом вождя чем при Сталине не было даже в самые лютые демократическо-либеральные времена. Пародии позже делались именно на актерскую игру Щукина в этой первой лениниане. Поздние работы Ульянова, Лаврова, где Ильича в угоду времени делали излишне интеллигентным ситуацию не исправили, им вряд ли верили. Самый ленинский Ленин вышел только у Вячеслава Романова, сыгравшего молодого Ульянова с момента организации "Группы освобождения труда" и вплоть до революции 1905 года в сериале "Раскол". Там он показан именно великим практиком, не забивающим мозги излишней моралью и начетничеством, тем что и позволит ему победить, а затем и удержать власть.
Вчера счастливо обнаружен редкий фильм о Каллодене, всего раз виденный в конце девяностых и тех пор канувший в Лету. В известных списках фильмов о якобитском движении он также отсутствовал. Но  тайное стало явным: это  "Погоня за оленем" ака "Каллоден 1746" произведен в 1994 году в основном местными силами. Скоро сделаю рецензию.






Tags:
Решил ваш покорный слуга давеча засмотреть многосерийную фильму от оттоманской телефабрики о ныне добела отмытом султане Абдулхамиде, среди псов неверных известнём как Абдул-Гамид Второй "Кровавый", последнем истинном самодержце свергнутом жидомасонскими младотурками. И хотя выдержать мне удалось лишь четверти часа с небольшим, я осмелюсь доложить уважаемым читателям, что русским монархистам от синематографа и телевидения еще есть куда расти разоблачая козни врагов Отечества приведших государство Российское к смуте ровно 100 лет назад
 
итак, Османская империя, вроде как 1897 год, двадцатый от начала правления АбдулхамидаВыгул его падишахского султанства по верноподданному Царьграду с оркестром, гвардейцами и чиновниками двора.




Внезапно, из толпы радующихся горожан мутный субьект характерной наружности с посвистом кидает одному из марширующих гвардейцав медальон с сатанинским символом.


Дальше о масонских происках революционной закулисы и гадящей англичанке )


"– Но ты же знал, правда? Что я – часть тебя самого? Неотделимая часть! Что это из-за меня ничего у вас не вышло? Что все получилось из-за меня?"


Уильям Голдинг "Повелитель мух"

Очень неоднозначная книга мемуаров человека ставшего легендой и мемом еще при жизни, живым воплощением героев Киплинга и Конрада. Именно Томас Эдвард Лоуренс и стал символом всей британской политике на Ближнем Востоке во время и после Первой мировой войны. Да, его вклад во многом преувеличивается, путем приписывания заслуг десятков простых тружеников тайной войны, офицеров военной разведки и простых колониальных чиновников координировавших из Каира и Бомбея то что стало называться впоследствии Арабским восстанием против Османской империи. Да, простой британский лейтенант из мобилизованных интеллектуалов чьим единственным достоинством поначалу было лишь знание арабского, как литературного, так и нескольких разговорных диалектов, пришел на готовое, как результат труда и сотен человек, в том числе и профессиональных диверсантов как знаменитый Ньюкомб, уже начавший шалить на османских коммуникациях с динамитом, и миллионов фунтов стерлингов золотом розданных племенным шейхам и шерифам. Но, пожалуй, никому кроме как Лоуренсу и не удалось бы добиться впоследствии такого взаимодействия британского командования с Фейсалом, сыном мекканского шерифа, духовного вождя и настоящего лидера арабских отрядов, к концу войны превратившихся в почти настоящую армию, в чем также немалая заслуга британца, зачастую ставившего интересы своих друзей выше интересов своей империи.
Пожалуй главным лейтмотивом всей книги станет эта фраза, неоднократно так или иначе повторяемая на протяжении всего повествования: "Я не мог свыкнуться с профессиональной убежденностью военных в том, что все успешные действия являются победными. Повстанцы не были пушечным мясом, как солдаты регулярной армии, это были наши друзья, доверившиеся нашему руководству. А мы руководили восстанием не в силу национальной принадлежности к восставшим, а по их приглашению."

Не секрет, что мемуары пишутся во многом для самого автора, пусть даже в них и декларируется мудрость обязательная для передачи благодарным потомкам. Если сей труд начинает создаваться по прошествии большого количества времени, то скорее имеет целью вспомнить славные дни сражений и побед молодого героя, его спокойный анализ произошедшего, без горячности первых впечатлений. Если же автор , особенно стремящийся отразить свой боевой опыт в условиях военных действий, берется за него слишком рано, то, скорее всего, имеет целью разобраться с собственными демонами, доанализировать их, дабы спокойно перелистнуть страницу жизни.
По моему мнению лоуренсовская книга как раз яркий представитель второго типа. Начинается она очень бодро и интересно, даже несмотря на несколько занудное вступление с объяснениями как и когда все начало переносится на бумагу. Вплоть до середины книги, и даже немного далее, перед нами предстает великолепный образец такого британского литературного взгляда на на действительность, с обилием тонких и точных характеристик и зарисовок, обилием иронии и самоиронии, довольно трезвого взгляда на вещи. Лишь пару раз в ней мелькает нечто нечеловеческое, действительно пугающее, причем не самими описываемыми явлениями, а именно КАК это делается. Нечто действительно близкое к "сердцу тьмы".
 



А у меня неплохой вкус, при том, что выбирал именно по внешности и возрасту на 1917 год.
Нда, тут хочешь не хочешь, а процитируешь известную компьютерную игру: "Я уже говорил тебе, что такое безумие?". Все, что не касается напрямую военных действий и географических описаний веет такой степенью нечеловечности от которой реально волосы дыбом встают. Прежде мне казалось Юнгер и, возможно Гасфорт, есть эталон военно-мемуарной порнографии разума, когда человек с относительно тонкой душевной организацией дабы не сойти с ума от ужасной реальности и/или не пустить от этого себе пулю в лоб, трансформирует свое отношение к ней в режим "аз есъм Сущий" с отношением к окружающим как, в лучшем случае, высшим приматам. Но все эти стальные ураганы, старики, бледные блуперы и всякие авантюрные сердца и рядом не стояли с этой несколько отстраненной прозой.

Теперь я стал понимать, почему лучшей ролью Питера О'Тула считается сабж в неимоверно нудной экранизации. Мне как-то раньше персонаж казался излишне сдвинутым для эмиссара империи, но актер еще очеловечил образ созданный автором "семи столпов мудрости".




Странная была война: входили, когда цвел застой, а выходим в эпоху бешенства правды-матки.

 
 
Артем Боровик, для меня долгое время, вплоть до нулевых, после его трагической гибели в авиакатастрофе,  более ассоциировался образом отличного менеджера от журналистики. Приняв в 1990 году, основанную Юлианом Семеновым газету "Совершенно секретно", он в считанные годы создал на ее основе медиахолдинг с командой матерых профессионалов жанра журналистское расследование, долгое время бывший эталоном сильного и независимого СМИ, кузницей кадров для целого поколения репортеров. 
Любая программа под брендом "Совершенно Секретно" шла в прайм-тайм на центральнхй российских телеканалах, что автоматически значило известность на всем постсоветском пространстве. И все было заслуженно - уникальное сочетание широкого круга связей самого Артема Боровика и его партнеров вместе с атмосферой открытости части специальных государственных структур и архивов (впрочем совсем недолгой), позволяло создавать интересный контент из неизвестных прежде широкой публике  страниц истории почившего Советского Союза, и, расследований злободневных проблем РФ и ближайших регионов.
И уже в нулевых, я случайно наткнулся на подшивку журнала "Огонек" конца восьмидесятых с серией репортажей тогда еще его специального корреспондента Артема Боровика об эксперименте с его службой в американской армии в качестве новобранца на протяжении нескольких недель. Тот проект, получивший добро на самых верхах в рамках политики потепления отношений с США, был весьма интересен. Сын известного советского пропагандиста, Генриха Боровика, годами своим пером уверявший "прогрессивных" западных интеллектуалов насколько идеален совок, а наших обывателей жадных до любой новости из-за занавеса, даже под идеологическим соусом, как растленен Запад, был далек от образа номенклатурного мажора. 
Его стиль скорее напоминал американские репортажи в "Нешн Джиографик" или "Хистори": очень меткие и красочные характеристики, объемные образы и почти фотографические описания. Также, как и его учитель Юлиан Семенов, он старался прежде всего самому вжиться в образ жизни описываемых людей и событий, что также приводило к многодневным экспериментам по вживанию в другую жизнь, зачастую смертельно опасную в долгих командировках. 

Данная книга была написана всего за два месяца: январь и февраль 1989 года, последних дней пребывания в Афганистане Ограни́ченного контингента сове́тских войск .  Широчайшая картина холодной и грязной горной зимы в условиях почти прекратившихся боевых действий, где высказываются мнения как самых высших советских  командиров как-то Громов и Варенников, так и рядового и обслуживающего состава Сороковой армии. Периодически действие переносится в Лондон и Калифорнию, где Боровик брал интервью у лидеров афганской оппозиции и советских перебежчиков, делая картину все более стереооскопической. 
Книга ни является ни пацифистской, ни либеральной, высказывание офицеров и дипломатов еще не так категоричны как это будет в девяностых, но на фоне недавно начавшегося в России главпуровского маразма с оправданием ввода войск борьбой именно с американцами ("опередили на несколько часов") и исламским фундаментализмом (кстати, полностью слизана с американских предположений),  точь-в-точь повторяющей официальную позицию маразматиков из политбюро начала восьмидесятых, это выглядит почти крамолой.
"Человек, в той или иной мере связавший свою жизнь с Афганистаном, находясь там или регулярно приезжая туда, проходил приблизительно через четыре стадии понимания того, что там происходило.
Read more... )
 
 
"После водки или сухого спирта, разбавленного в воде, ты все свое тело чувствуешь, а после наркотика – вроде как обезболиваешь себя, вообще перестаешь что-либо чувствовать.
Только вот потом приходишь и падаешь. Словно где-то внутри завод кончился. И каждая мышца болит.
А на боевых – куришь и бегаешь. Куришь и бегаешь, как чумной. Гашиш глушит эмоции, сглаживает нервные срывы. А их полно. Особенно вначале."


Естественный общеармейский антагонизм между строевыми и штабными офицерами дополняется примерным противостоянием командира батальона с командиром полка, начиная от вопроса сносить ли весь кишлак, или только указанные разведкой дома с душманами и оружейными складами, и до того правильно ли втихаря толкать списанное имущество и амуницию вражеским полевым командиром целыми камазами. Видеомагнитофоны с фильмами со Шварцнегерром и Сталлоне почти на каждой крупной заставе, "рэмбовики" как презрительная кличка десантников, типа современных "отморозков",  со стороны военнослужащих остальных родов войск. Ну и мрачно исполнившееся пророчество от местного базаркома:
"Когда мы покинули лавку, я попросил сопровождавшего меня афганца перевести последние слова дуканщика. «Он сказал, – услышал я в ответ, – что русские солдаты уходят на север к себе домой.
А потом они уйдут еще дальше на север, оставив свои мусульманские республики».
Эти слова мурашками пробежали по спине. Я оглянулся: дуканщик все еще приветливо улыбался и опять помахал мне рукой."
 


Поклонники истории испанского "Золотого века" с его кружевами и ощетиненными пиками терциями, а также вы, простые читатели, чья испанская ярость воспламененная солнцем Бреды ввела вас сквозь сотни страниц чистой крови среди желтых колетов и корсаров Леванта вместе с непризнанным своим неблагодарным отечеством капитаном и его буйным воспитанником; к вам обращаюсь я, друзья мои!

Один из второстепенных героев "аластрианы", друг капитана - Франсиско де Кеведо, реальное историческое лицо, великий поэт и прозаик Пиренейского полуострова, один из столпов испанской литературы наряду с Сервантесом и Лопе де Вегой. На родине почитается больше именно как "пиит" с лавровым венком на гравюрах, а за Пиренеями - как автор самого удачного плутовского романа из целой плеяды тогдашнего мейнстрима, через сто лет усугубленного французскими переделками, которыми промышляли почти все беллетристы и особенно драматурги, начиная Лесажем и заканчивая Бомарше. Но как бы то ни было, именно французы по настоящему прославили и сделали знаменитыми сюжеты иберийской жизни времен начала конца империи Габсбургов под маскировкой которых можно было показывать фигу своим собственным свинцовым мерзостям (цензуре не так легко было придраться, потому как вроде высмеивались нравы у соседей), безнаказанно заимствуя не только сюжетные ходы, а зачастую всё произведение целиком, лишь кое-где добавляя понятные соотечественникам особенности. И уже как именно подражание галльским пересмешникам, европейские писатели начинали создавать своих "Жиль Блазов" уже без формальной испанской аранжировки, как пример: Булгарин с первым русским авантюрным романом "Иван Выжигин".

О чем вообще жанр классического плутовского романа, кто эти самые плуты есть, за приключениями и злоключениями которых мы наблюдаем? Это "пикаро" - интереснейшее явление, во многом уникальное. В странах постсоюза их пытаются причислить к воровскому "закону" на основании развитой маргинальной субкультуры связанной с криминалом. Это все же не так, потому как пикаро в основе своей не были преступниками по социальному составу и образу жизни. Помимо доли профессионального криминалитета (в основном мелкого ) и проституток, в нем сильны были позиции вечного студенчества, разорившихся и опустившихся дворян, отставных солдат и многих других, кому Испания была мачехой. Они были антидворянством, со всеми усвоенными от властителей жизни повадками и привычками, позволявших им при всей незавидности своего положения не унижаться перед родовитыми и богатыми (до найма на службу), более того при всяком удобном случае щеголять своим кодексом чести. Они были кровью от крови страны в которой любая деятельность не связанная с государственным аппаратом, церковью, армией и двором, автоматически считалась низкой и достойной презрения. Ремесла, мануфактуры, многие отрасли хозяйства не развалившиеся после изгнания морисков находились под управлением иностранцев, в основном генуэзцев и фламандцев, не чуравшихся бизнеса в отличии от местных. Даже мещанское сословие считало, что прислуживание, иногда унизительное с подачками, любому испанскому нобилю с достатком, достойнее чем стоять торговцем в лавке, или упаси Сантьяго быть работником хоть где-либо.
Именно о них, людях лишенных возможности в силу происхождения добиваться успеха посредством военной службы, духовной карьеры, не сумевших найти место в государственном аппарате после окончания университета в силу отсутствия знакомств, а также природных авантюристов желавших прыгнуть "выше лба и лобного места" и рассказывалось в плутовских романах, самым лучшим из которых я считаю именно творение Кеведо.

Итак, наш герой, простой уроженец Сеговии, сын брадобрея-"кота" и целительницы-"собаки", то есть мало того, что не дворянского происхождения, означающее в то время отрицательную карму априори, да еще и родственные связи с криминалом и плохозамаскированными иудео-мусульманскими предками. Read more... )




Лучший коммент на ютюбе: "Battlefield 1 DLC is looking pretty good."

Вполне добротный ликбез по малоизвестной странице наполеоновских войн. Не монография, а скорее студенческая курсовая растянутая на пару сотен страниц с множеством ссылок на других авторов, длинными списками частей и соединений с именами их командиров, и прочей водой, знакомой каждому студенту, что впрочем, ознакомлению с материалом не мешает. Читается довольно легко, местами очень увлекательно несмотря на определенную авторскую галломанию, которая в конце все же уравновешивается признанием неоспоримых полководческих талантов английских генералов во главе с "кладбищем карьер маршалов Франции" Артуром Уэлсли, будущим герцогом Веллингтоном.
Обширная панорама начиная с осеннего вторжения армии Жюно в ноябре 1807 и до ожесточенного сражения при Фуэнтес де Оньоро 3-4 мая 1811 года, сквозь тяжелейшие походы, славные и почти бескровные победы к позиционной войне на Торриш Ведраш с непрекращающейся партизанской войной на коммуникациях, успешное превращение Уэлсли и его соратниками прежней показной португальской армии в настоящую грозную силу не уступающую в боевых качествах британским полкам, разложение французских дивизий и нарастающая грызня между маршалами за место "любимой жены господина" императора и маячащий в призрачной дали лиссабонский престол.

"Наполеон совершенно не дорожил своими людьми, вместо уничтоженной дивизии или армии он легко собирал новые. Про него Артур Уэлльсли с недоумением говорил: «Ни один генерал не потерял столько армий, сколько он. Я же себе подобного позволить не мог, так как знал, что если я потеряю хотя бы пять сотен человек без большой необходимости, то меня заставят на коленях отчитываться перед палатой общин»."

"— По-вашему, сражение у Трутнова, — усмехнулся капитан Сагнер, возвращая тетрадку кадету Биглеру, — можно было дать только в том случае, если бы Трутнов лежал на ровном месте."
(c) Ярослав Гашек "Похождения бравого солдата Швейка".

"– Пропустил фашиста! И грудь не в крестах и голова в кустах. Пока отметку не ставлю. Обхитрите меня – будет пятёрка, а на фронте – орден." (c) Анатолий Митяев "Книга будущих командиров".


Наконец таки я прочел классическую научно-популярный книгу по тактике, настольную для нескольких поколений курсантов "стран загнивающего Запада". И мне очень и очень понравилось. Кратко, понятно, с хорошей долей истинно британского юмора и иронии. По сути берем упомянутую в эпиграфе советскую "Книгу будущих командиров" смешиваем со старой доброй американской комедией "День сурка", добавляем щепотку временных и географических особенностей, убираем все ненужное, подчеркиваем все важное - и вот он, настоящий бестселлер. Годно и познавательно для читателя любой категории, возраста и пола.
И вот перед нами молодой британский лейтенант с говорящей для англоязычных именем-фамилией Бэксайт Фортот (Заднеумов-Крепкий по меткому определению переводчика), только-только выпущенный из военного училища с отличными отметками и теперь направляющийся по месту службы в Южной Африке, где всего лишь два года назад закончилась упорная и кровопролитная вторая англо-бурская война 1899-1902 годов. Не конца прошедший процесс акклиматизации вместе с непривычной местной кухней плохо действуют на чары Морфея окутавшие нашего юношу, остановившегося по пути в небольшом бурском городке.
Всю ночь его мучит непрерывный кошмар-загадка, своего рода последний настоящий экзамен, который надо сдать уже в реальных боевых условиях. Здесь он также успевает на прошедшую военную кампанию, о чем несомненно мечтал в училище, как и все курсанты во все времена и во всех странах. Отныне, он командир усиленного взвода (50 солдат и унтеров), которому бравый полковник лично ставит боевую задачу с наличными силами перекрыть единственный брод на небольшой речке и не допустить переправы большого отряда буров с возможным наличием у них артиллерии.
Позиция хороша, все средства для обороны в наличии, солдаты и унтер-офицеры опытны и дисциплинированы, все как в задачке по учебнику тактики. Тем более у Фортота всегда были высшие баллы, он знает как командовать дивизией и даже армейским корпусом, и уж точно справится со своим первым командованием, подумаешь пятьдесят человек. И тут начинается шестидневный "День сурка" с постоянной перезагрузкой в начальной точке, где ранним утром основные части уходят оставив его со взводом оборонять Дурацкий, во всех смыслах. брод. Шесть дней и 22 урока извлеченные из суммы всех поражений.
Легко в учении - тяжело в бою, да еще как. Противник не идиот и в поддавки играть не будет. Это вражеская территория и все, подчеркивается, да, все мирные жители априори вражеские агенты, сколько бы удостоверяющих документов о лояльности британской короне они не показывали, и как бы дружелюбно себя не вели. Их всеx следует изолировать и насильно использовать на оборонительных работах. Правда, офицер все же обязан быть и джентльменом, поэтому основную работу будут выполнять все же черные слуги буров, кафры, небольшую - их хозяева, белые мужчины, ну а женщины и дети будут просто сидеть под караулом.

Проявил беспечность и понадеялся на лояльность местных жителей - получил разгром при внезапном ночном нападении. Вроде хорошо окопался но не учел сообразительности и маневренности врага - получи жестокий бой, небольшие вражеские потери, огромные свои и неизбежный плен. Вроде учел все возможности и хорошо подготовился к обороне, но пренебрег маскировкой позиций - тот же самый результат, только потери врага чуть больше, как и время которое он потратил на разборку с вами.

Примечателен, пятый день, когда лейтенант, учтя прошлые перезагрузки, делает вроде все правильно, связывает врага боем на долгое время, наносит ему довольно ощутимый урон, сам несет малые потери, вот вроде все как должно быть. Однако, буры просто плюют на упорный маленький отряд "хаки", и, обходя его, продолжают свой путь в тыл британской армии. Черт, ну как же выполнить эту задачку почти аналогичную той же где участвуют коза, капуста, волк и лодка с крестьянином?!..

И только на шестой день, читатель сроднившийся с невезучим лейтенантом, наконец увидит успех своего героя, стоивший ему пяти перезагрузок, кучи нервов и завышенного самомнения. Наконец, вот он сладкий момент когда "Дым от «лучшей сигары», что мне поднес полковник, клубился спиралями над головой и постепенно превращался в облака неувядающей славы. Я слышал, как вдали духовой оркестр заводит хорошо знакомую мелодию: «See the Conquering Hero comes» — вот что они играли".

Уже на флибусте. "Надо же, всем нравиться, может и мне почитать" (с) анекдот о Брежневе и его опус магна
"В 1290 году Эдуард I изгнал из Англии евреев, положив тем самым конец старому способу добывания королевских займов. Это изгнание евреев – одна из причин меньшего развития антисемитизма в современной Англии, чем во многих других европейских странах; с другой стороны, в результате этих действий Эдуарда I наши предки были вынуждены взять на себя организацию финансовых дел и интеллектуальной жизни страны без помощи евреев; таким образом, к тому времени, когда при Кромвеле евреям было разрешено вернуться обратно, англичане уже научились вести дела самостоятельно и могли встретить как равные, без зависти и страха конкуренции эту одаренную нацию."


"История Англии от Чосера до королевы Виктории" (1941) Джордж Маколей Тревельян.
Tags:

Profile

jack_kipling: (Default)
jack_kipling

August 2017

S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Aug. 18th, 2017 08:19 pm
Powered by Dreamwidth Studios